Кроличья нора - Дмитрий Ромов Страница 16

— А это что за агент? — заинтересовался я.

— А это, Руднёв.

— Серьёзно? Кашпировский?

— Да, мне об этом сегодня сказал Садык.

— Раньше никогда не говорил, а теперь сказал. Это разве не странно? Это не может быть какой-нибудь проверкой на вшивость? Типа если Руднёва грохнут, значит вы льёте воду на чужую мельницу.

— Да я уж и сам подумал, но только Руднёв этот в коме, может вообще не выйдет и сам окочурится. Очень ненадёжная проверка, а?

Да, не сидело что-то…

— А самое главное-то объясните? Как Садык узнал о нашей с вами тайной встрече?

— Самое главное? — хмыкнул он и покачал головой. — Да, слушай, такое дело… Мне показалось, что Садык меня взял под колпак. Он сейчас всех подозревает.

— Возможно, и что дальше?

— Мне кажется, он меня слушает конкретно. Следит, переписку читает. Анастасия позвонила, и меня сразу шеф вызвал. И смотрит, будто знает что-то. Ну, блин, я и сказал ему. Он бы всё равно узнал про твоё задержание. Так и так, говорю, был звонок. Сергея взяли. Ну и сам понимаешь, пошло так, как пошло.

— Думаете, выскочили из-под колпака?

— Не знаю, надо сейчас быть максимально осторожными. Садык истерит, теряет позиции, не смог найти щегловские бабки, хотя держит в руках самого Щеглова. Короче, беда. Поэтому я…

Зазвонил телефон.

— Извините, отвечу. Слушаю, Давид Георгиевич.

— Где пропал, боец невидимого фронта? — нейтральным тоном спросил тот.

— Да, приключался тут немного. Всякое, в общем. У вас как дела?

— Неплохо. Новости есть интересные.

— Какие? — спросил я, пытаясь понять по голосу, что у Давида на уме.

Но тот говорил ровно, не выдавая эмоций.

— Любопытные, — усмехнулся Давид. — Например, вот такая. Сегодня утром Руднёв вышел из комы.

Твою мать! Твою мать!!! Сердце подскочило и завелось, как лодочный мотор.

— Это очень хорошо, — сказал я. — А то у меня разрешение на нарушение ПДД заканчивается.

— И ещё есть новости. Ещё интереснее.

Твою мать!

— Что за интрига? Это не того ли вопроса касается, который мы обсуждали?

Я имел в виду вопрос о кроте и он, разумеется, понял. Понял, но виду не подал.

— Подъезжай, Сергей. Я жду тебя в офисе.

— Сейчас? — удивился я.

— Да, давай прямо сейчас.

— Ладно.

Я отключился.

— А Руднёв уже не в коме, — покачал я головой.

— В смысле? — нахмурился Чердынцев.

— Утром в себя пришёл. И Садык, вероятно, знал об этом, когда вам про него говорил. Так что вообще не факт, что Руднёв на самом деле агент Садыка.

— Наверное…

— Есть неприятный момент, Александр Николаевич.

— Какой ещё? — напрягся он.

— Почему-то мне кажется, что Давид Георгиевич полагает, что Руднёв крыса. Правда не ваша, а ментовская. Но это уже не так и важно, да?

— Какого хрена, Сергей?

— Ага… — сказал задумчиво я и посмотрел на телефон, который снова зазвонил.

На этот раз мне звонила Сучкова.

— Алло…

— Приезжай ко мне домой, — коротко сказала она.

— Не сейчас, позже, ночью.

— Приезжай сейчас, это важно, — отрезала она и отрубилась.

Я покачал головой. В принципе…. Давида можно было перенести. Но я ещё не решил, рассказывать ему о Гагарине или нет…

Раздался робкий стук в дверь.

— Серёж… извини, что я тебя отвлекаю… можешь, пожалуйста на одну минуточку выйти?..

— Да, Насть.

Я поднялся, кивнул Чердынцеву и вышел в коридор. Настя была взволнована и смущена…

— Что случилось?

— Я бы постаралась сама решить… — вздохнула она, — но ты бы это не одобрил, наверное…

— Что, Настя?

— Мне звонил… Кирилл… ну… это тот самый… Он сказал, если я сейчас не подъеду к нему с деньгами, он… В общем, он поставит вопрос в галерее о моём отстранении. Покажет фотографии, скажет, что они нарушают соглашение с Артом и что я… короче… ну там неправильно повела себя, давила на художника, а сама такая бессовестная и аморальная… Недостойная, короче… Нимфоманка и… не хочу даже повторять тот бред, что он наговорил. Но если он действительно так сделает….

Она не договорила и вздохнула.

— В общем, Серёж… я хочу закончить это дело… Мне нужно с ним поговорить и поставить точку… И я думаю, мне это придётся сделать самой. Он при тебе наверно говорить не станет.

Снова зазвонил телефон. Теперь это был Петя. И ничего хорошего, разумеется, от этого звонка я не ждал.

Кружатся листья, как записки,

С какой-то грустью неземной,

Кто не терял друзей и близких,

Кто не терял друзей и близких,

Пусть посмеётся надо мной…

— Твою мать… — тихонько прошептал я… — вот же привязалась… песня дурацкая…

6. Как съесть слона

Как известно, чтобы съесть тушу слона следует запастись изрядной долей терпения. Не стоит пытаться проглотить всё сразу, так же как не стоит и метаться, пытаясь одновременно зажарить немного хвоста, немного хобота, грудинки и других частей. Напротив, нужно действовать методично и съедать стейк за стейком, стейк за стейком, стейк за стейком. И, как утверждают психологи, не пройдёт и ста лет, как сложная и многоуровневая задача окажется выполненной.

Это, конечно, здорово, но вот честно, представить, кому мог бы помочь подобный метод самообмана, я не мог.

— Я поеду с тобой! — твёрдо и решительно заявила Настя.

— Вдвоём против целого мира, да? — улыбнулся я.

— Вдвоём против целого мира… — прошептала она.

— Поверь мне, Кирюха — это далеко не целый мир, — сказал я и покачал головой. — Так что в этот раз я тебя не смогу взять с собой.

— Значит, никто не поедет!

— Ух!

Я покачал головой.

— Что⁈ — воскликнула она довольно сердито.

— Никто, кроме меня. Говори адрес, где он будет ждать. У меня, между прочим, ещё две очень важные встречи сегодня вечером. Так что нет, Настя. Не в этот раз. Да и посуди сама, он будет говорить разные гадости, плохие слова и всё такое. Приличной девушке такое слушать несподручно.

— Какие ещё слова? — усмехнулась Настя. — Он их даже не знает. Он самый ботанический